zmejdivana (glebwiktorow) wrote,
zmejdivana
glebwiktorow

Categories:

"Мы не собираемся позволить Мьянме скатиться к катастрофе типа арабской весны"

Надеюсь, в самом деле не скатятся,  а то в некоторые районы до сих пор нельзя проезжать, какие-то бои там идут. Опять же - власть начала реформы, с 2012 санкции сняли. Вдруг какой местный креативный класс решит развлечься и покричать "Тейн Сейн уходи!".

Оригинал взят у dragon_naga в "Мы не собираемся позволить Мьянме скатиться к катастрофе типа арабской весны"

На прошлой неделе министр информации и пресс-секретарь уходящего президента Мьянмы Е Тхут решил высказаться по поводу перспектив Аун Сан Су Чжи, лидера победившей на ноябрьских выборах Национальной лиги за демократию (НЛД), стать президентом страны. Отставной подполковник Е Тхут - человек, безусловно, обладающий детальной информацией о том, как происходит торг по поводу раздела власти между НЛД и вооруженными силами (Тамадо), и поэтому все его рассуждения по этому поводу – не просто абстрактные мысли, а реальное отражение происходящих событий.



Касаясь статьи 59(f) Конституции страны, запрещающей президенту иметь близких родственников с иностранными паспортами (а оба сына Аун Сан Су Чжи – подданные Великобритании), министр информации заявил в интервью «Голосу Америки»: «С моей точки зрения, если оба сына и их жены подадут просьбы о получении гражданства Мьянмы, все будет в порядке. Если ее дети хотят, чтобы она стала президентом, все, что они должны сделать – это подать заявления о получении гражданства, согласно Закону о гражданстве 1982 года». На вопрос о том, насколько правильно было бы таким образом заставлять сыновей Аун Сан Су Чжи менять гражданство, Е Тхут ответил: «Если они не хотят жить в стране, где правит, или хочет стать президентом их мама, то это семейное дело, а не проблема конституции».



Эти слова Е Тхута вызвали резко негативную реакцию в «демократической» прессе Мьянмы. Причем, в качестве изюминки некоторые издания публиковали возмущенные голоса представителей «международной общественности». Одна дама-иностранка, например, которая была представлена как человек, который многократно приезжал в страну и является ее другом (видимо, больше никаких доблестей за ней не числится), довольно истерически вопрошала читателей, почему два взрослых человека, у которых давно своя самостоятельная жизнь, должны менять свое гражданство по прихоти какого-то дурацкого закона. Дама эта, видимо, не удосужилась задаться вопросом, как бы к ней отнеслись, если бы она начала подобным образом комментировать законы собственной страны.

Тот факт, что Е Тхут предложил вариант с получением гражданства, свидетельствует об очевидном факте: переговоры между военными и НЛД по вопросу изменения конституции, похоже, окончательно зашли в тупик. Военные в ближайшее время пересматривать конституцию не намерены – как не намерены полностью делиться властью. Главком Тамадо старший генерал Мин Аун Хлайн довольно четко сформулировал эту позицию в интервью «Вашингтон пост»: «Обстоятельства еще не созрели. Еще рано… Лучшее время настанет тогда, когда в стране будут всеобщий мир и стабильность». Пресса цитирует слова Мин Аун Хлайна, сказанные им в январе послу Бразилии Алкиду Пратесу: «Мы не собираемся позволить Мьянме скатиться к катастрофе типа арабской весны».

По сути дела, старший генерал повторил слова об исторической ответственности Тамадо за судьбу страны, которые звучат уже в течение многих десятилетий. Именно эта «государствообразующая» идея, культивируемая в вооруженных силах (которые, согласно официальной истории, обеспечили разгром японских оккупантов, добились неазависимости от британских колонизаторов и потом трижды спасали страну от развала и кровавой бойни), как раз и является основой «духа Тамадо». А тезис о «неготовности» страны к демократии уже звучал в 1990 году – когда военные не дали победившей на выборах НЛД сформировать правительство и управлять страной.

Сегодня риторика военных изменилась. Они готовы допустить «демократический эксперимент» с правительством Аун Сан Су Чжи, но при этом ограничить его сферу действия и сохранить за собой рычаги контроля. Эти рычаги дает им не только присутствие во власти (а военные претендуют на то, чтобы стать руководителями трех национальных штатов, где ведутся боевые действия с сепаратистами) но прежде всего Конституция страны, гарантом которой Тамадо как раз и провозглашена (например, военные играют решающую роль в Национальном совете обороны и безопасности, а главком Тамадо представляет президенту на утверждение кандидатуры трех министров – внутренних дел, обороны и по вопросам границы). Именно поэтому любая поправка к конституции для них сегодня неприемлема: одна принятая поправка – это уже проторенная дорога и созданный прецедент. Поэтому военные, которые трезво оценивают реальность, склонны разрешить Аун Сан Су Чжи стать президентом, но при условии, что она сама придумает, как это сделать, не нарушая статью 59(f). Собственно, именно эту позицию как раз и озвучил министр Е Тхут.

Как на это готова ответить Аун Сан Су Чжи – пока не ясно, хотя решать этот вопрос надо быстро: начало процедуры выбора парламентом нового главы государства намечено на 17 марта. В свое время она неоднократно заявляла, кто собирается быть «выше президента», а на должность главы государства «кого-нибудь найдет». Но, судя по всему, такая ситуация не вполне отражает ее личные амбиции и мессианские комплексы. Не в ее характере и принятие условий, подобных тем, которые предлагает Е Тхут (то есть, выдвижение подобных условий трактуется как попытка со стороны военных «нагнуть» лидера НЛД в личном плане, вмешавшись в жизнь ее семьи). В этих обстоятельствах, как считают некоторые комментаторы, у нее есть два возможных сценария.

Первый – в отместку военным, не желающим идти на компромисс, демонстративно дискредитировать пост президента путем назначения на нее какой-нибудь анекдотической личности (НЛД, обладающая большинством голосов в обеих палатах и жестко подконтрольной лидеру парламентской фракцией, формально может сделать президентом кого угодно). В качестве варианта этот вопрос действительно рассматривался некоторыми горячими головами из руководства НЛД. Тем самым планировалось показать негативное и даже презрительное отношение к основному закону страны, принятому в 2008 году под диктовку военных. Тем не менее, похоже, этот вопрос сегодня закрыт, потому что глумление над конституцией (по сути, единственным законодательным актом, который устанавливает общие принципы формирования и функционирования политической системы государства – пусть и в невыгодном для НЛД ключе) – это прямой путь к очередному военному перевороту. Причем, Тамадо будет иметь все возможности совершить такой переворот конституционным путем (через Национальный совет обороны и безопасности), при этом действуя как гарант Основного закона. При этом у НЛД нет за спиной никакой значимой вооруженной силы, чтобы отстоять свои позиции – даже полиция страны подчинена Тамадо.

Второй – назначение на этот пост какой-либо временной фигуры, которая бы была известна в обществе, но не обладала бы политическим амбициями и не претендовала на реальную власть. В качестве подобного кандидата, например, долгое время рассматривался личный врач Аун Сан Су Чжи, хирург Тин Мьо Вин. В этом году ему исполняется 65 лет, в 1988 году он принимал участие в антиправительственных беспорядках, после чего отсидел три года в тюрьме. То есть, доверие к нему как к доктору у Аун Сан Су Чжи основано не только на его профессиональных качествах, но и на диссидентском прошлом. Сегодня Тин Мьо Вин играет заметную общественную роль – например, он является членом комитета по привлечению средств на ремонт Общей кинической больницы Янгона. Кроме того, он много лет на общественных началах ведет прием в бесплатной больнице для мусульман, расположенной в центре крупнейшего города Мьянмы. И хотя этот факт не всеми воспринимается положительно (среди многих буддистов распространено мнение, что у мусульман достаточно своих докторов, и нечего им помогать – тем более бесплатно), но при этом говорит о докторе как о человеке, который своим личным примером пытается содействовать установлению гармонии в межрелигиозных отношениях.



Доктор Тин Мьо Вин, по мнению многих, представляет собой почти «идеальный кейс» человека, которого Аун Сан Су Чжи хотела бы видеть на посту президента страны. В качестве иллюстрации того, что доктор Тин Мьо Вин может стать главой государства, комментаторы указывают на тот факт, что в последнее время Аун Сан Су Чжи брала его с собой на переговоры со старшим генералом Мин Аун Хлайном. Тем не менее, по мнению других экспертов, этот факт ни о чем подобном не свидетельствует: просто Аун Сан Су Чжи нужен уважаемый и независимый свидетель на переговорах, который отмел бы неизбежные слухи о том, что лидер НЛД на встрече с главкомом Тамадо «продалась генералам» и поступилась принципами. Надо заметить, что старший генерал Мин Аун Хлайн именно с этой целью тоже ходит на переговоры с Аун Сан Су Чжи не один, а с другими членами высшего руководства вооруженных сил.

И, наконец, о том, что доктор Тин Мьо Вин все-таки не будет президентом, может косвенно свидетельствовать недавняя реплика одного из лидеров НЛД Вин Тхейна, который, говоря о возможном кандидате в президенты от НЛД, заявил: «Это будет сюрприз». Вряд ли под таким сюрпризом подразумевался доктор Тин Мьо Вин, которого в президенты сватают уже почти полгода. Да и для самой Аун Сан Су Чжи доктор в этом качестве неудобен именно своей относительной независимостью, а значит – потенциальной самостоятельностью, которую лидер НЛД, обладающая жестким авторитарным характером, вряд ли потерпит (это четко проявилось в момент формирования партийных списков для избрания в парламент – туда не попал практически никто из «демократического» лагеря, кто был бы относительно независим от НЛД и «светил собственным светом»). То есть, для Аун Сан Су Чжи было бы лучше, если бы имидж доктора Тин Мьо Вина был бы неразрывно связан с НЛД, и потенциальное дистанцирование от партии (и от ее лидера) ставило бы крест на его репутации.

Реплика Вин Тхейна о «сюрпризе» также свидетельствует и о том, что главой государства вряд ли станет кто-то из тиражируемой в СМИ обоймы кандидатов из числа «чистых» партийных функционеров – начиная от второго человека в НЛД, почти 90-летнего отставного генерала Тин У, и заканчивая другими высокопоставленными функционерами партии, включая и самого Вин Тхейна. Кандидатуру ракхайнки Тин Ма Аун, близкого человека и преданного секретаря лидера НЛД, к тому же «из хорошей семьи», которую многие тоже номинировали на высший пост в государстве, вряд ли следует рассматривать всерьез: она хороша как персональный помощник, но для Аун Сан Су Чжи ни к чему другая женщина с властными полномочиями, которую невольно будут с ней сравнивать. Вряд ли горит желанием стать президентом (по крайней мере сейчас, и именно на предлагаемых Аун Сан Су Чжи условиях) и Тан Мин У, ученый-историк и внук генерального секретаря ООН У Тана, общественная организация которого занимается сохранением исторического облика Янгона.

Впрочем, в последние дни мьянманские газеты стали более уверенно называть двух других кандидатов от НЛД на пост президента. Первым кандидатом является Мьо Аун, тоже врач по профессии, и тоже отсидевший в тюрьме при военной власти. Он вместе с Аун Сан Су Чжи стал членом парламента от НЛД в результате довыборов 2012 года – а значит уже сейчас обладает знаниями и опытом в сфере государственного управления. Интересно, что после победы НЛД на выборах в ноябре 2015 года именно доктор Мьо Аун в рамках процесса передачи власти был определен от НЛД для взаимодействия с Зо Тхэем, главной офиса президента Тейн Сейна. Второй кандидат - один из членов руководства НЛД Тхин Чжо, сын оппозиционного военным властям поэта и писателя Мин Ту Вуна, женатый на дочери одного из основателей и казначея НЛД, бывшего главкома ВВС страны Лвина. Он входит в число ближайших советников Аун Сан Су Чжи, и его причисляют к разряду «интеллектуалов». То есть, несмотря на «функционерство» в НЛД, он вполне отвечает облику «общественного деятеля», который бы хорошо смотрелся на посту номинального президента. Именно эта жесткая «привязка» к НЛД, и одновременно образ «интеллектуала», а не «функционера», делает этих двух людей реальными кандидатами на пост главы государства.

При этом следует заметить, что оба этих кандидата – бирманцы. То есть, речь идет именно о номинировании их на должность президента. По традиции, заложенной прежним парламентом, один из двух вице-президентов должен быть представителем какой-либо небирманской национальной группы, а второй вице-президент представляет Тамадо. При нынешнем распределении руководящих постов в обеих палатах парламента оказались обделены должностями представители шанов – второй по величине национальной группы Мьянмы (при том, что штат Шан показал свою самостоятельность, нанеся чувствительное поражение НЛД на выборах и проголосовав за собственных политиков). А поскольку выборы президента проходят «пакетно» (выдвигаются три кандидата, из которых президентом должен стать тот, кто наберет больше голосов, а остальные двое автоматически становятся вице-президентами), то ясно, что бирманец среди двух номинантов от НЛД должен быть только один. По слухам, руководство партии в качестве «национального» кандидата готово предложить именно шана. Кстати, уходящий «национальный» вице-президент, доктор Сай Маук Кхам,- как раз шан. В 2015 году он был избран депутатом нового состава парламента.



Вот характерная картинка, демонстрирующая то, насколько щепетильным является отношение в современной мьянманской политике к национальным вопросам. За трибуной – президент, бирманец Тейн Сейн, одетый в традиционный бирманский костюм для церемоний (юбка-лоунджи, курточка и рубашка с глухим воротничком, а на голове - чепчик гаун-баун). Справа от него – вице-президент, шан Сай Маук Кхам, одетый по-шански. В России подобные торжественные официальные церемонии в национальных костюмах смотрелись бы балаганом. В Мьянме такие традиции в политике поддерживаются и культивируются.

* * *

Таким образом, за три недели до официального начала процедуры выборов президента мало кто может с уверенностью сказать, какие кандидатуры НЛД готова представить в парламент. Причем, процесс явно затянулся: новый парламент заседает с 1 февраля, а нового главы государства, которого он должен избрать в первую очередь, до сих пор нет. Ясно одно: в этом списке точно будет не Аун Сан Су Чжи – по крайней мере, на первом этапе. Согласно утечкам из НЛД, она, вроде бы, думает о том, чтобы пока стать главой МИДа страны – это, помимо прочего, дает ей членство в Национальном совете обороны и безопасности (хотя и лишает ее, как министра, возможности быть руководителем партии – эту роль, похоже, унаследует Вин Тхейн). Если потом все-таки удастся договорится с военными и изменить конституцию (а старший генерал Мин Аун Хлайн на днях формально не исключил такой возможности, но при условии того, что это произойдет «в должное время» и при этом будут соблюдены все необходимые законодательные процедуры) – у нее все-таки есть шанс, хотя надежды на это мало.

А тем временем группа националистов собралась в конце февраля провести в Янгоне массовую акцию в защиту статьи 59(f) конституции, препятствующей Аун Сан Су Чжи стать президентом. Один из лидеров инициативной группы Вин Ко Ко Лат так сформулировал позицию участников этого мероприятия: «Мы не возражаем, чтобы Су Чжи стала президентом. Мы слышали, что ее два сына и их супруги могут подать просьбу о получении мьянманского гражданства. Если Су Чжи станет президентом этим путем, не трогая статью, мы могли бы это принять».

Собственно, именно это и предлагал в своем интервью министр информации Е Тхут.



Tags: Мьянма, интересные записи в ЖЖ, перепост, политика
Subscribe

Posts from This Journal “перепост” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments